Петербургские Молохи. "Красный Треугольник".

резиновые сапоги красный треугольник

В Русском музее - "Чёрный квадрат", а на Обводном канале - "Красный Треугольник". Это не картина, не произведение искусства - а один из Петербургских Молохов, если не самый большой, то уж точно самый страшный. Резинотехнический завод, проработавший почти полтора столетия (с 1860-х по 1990-е годы), и до Революции бывший единственным резиновым заводом России. Правда, огромным - его галоши носила вся империя и пол-Европы, его шинами комплектовались грузовики и аэропланы Первой Мировой, а в 1932 году здесь впервые в мире начат выпуск резины из искусственного каучука. "Красный Треугольник" - это город в городе, насчитывающий около 80 зданий, и действительно представляющий собой краснокирпичный треугольник со сторонами по километру. Ныне Резиновый Молох заброшен, в его прокопчённых цехах обитает всякая всячина, но можно спокойно ходить. Атмосфера здесь очень специфическая и тяжёлая - в переносном и прямом смысле.

Рассказом про "Красный Треугольник" я завершаю серию о Фабричном Петербурге. Про окрестности завода - здесь .

В качестве вступления - небольшая схема, чтоб был понятен масштаб проблемы. Треугольная территория завода между Обводным каналом, Старо-Петергофским проспектом и улицей Розенштейна. Красной линией отмечен наш с periskop маршрут, и его общая протяжённость туда-обратно - около двух километров. Как видите, мы не прошли и четверти завода, хотя в основном изучили его исторический центр. Что же касается цифр, то их значение буду пояснять по ходу рассказа.

И размером, и формой "Треугольник" напоминает Московский кремль - та же треугольная красная крепость с чередованием длинных стен и высоких башен (1912-14), тянущихся вдоль Обводного канала, отражаясь в мутной воде.

Резиновую промышленность в России завезли американцы, бывшие к 1860-м годам почти монополистами в этой отрасли. О её развитии можно подробнее прочесть, например, здесь - как и любая новая отрасль, резинотехника начиналась с бесконечных ошибок и курьёзов. Первоначально резину получали из смолы каучуконоса, который произрастал в Бразилии - однако первый завод открылся в 1811 году в Вене. Англичане тоже не отставали - например, они изобрели макинтош (по фамилии изобретателя), то есть прорезиненное пальто, которое зимой затвердевало до состояния кожанных доспехов, а летом его приходилось хранить в подвале, дабы не растеклось. В 1830 году Чаффи из Бостона изобрел каландровую установку, которая позволяла наносить тонкий слой резины на материю, что спустя пять лет породило настоящий "резиновый бум", продлившийся всего лишь около года - за год вещи раскисали и начинали невыносимо вонять. В общем, изначально резина была вещью полезной, но крайне сложной в обращении - однако плотно вошла в американский обиход. Наконец, где-то в 1839-40 годах Чарльз Гудийр, практически самоучка, методом проб и ошибок изобрел вулканизацию - химическую обработку резины, при которой её молекулы скреплялись в цепочку, и таким образом создал то вещество, которое называют резиной ныне: эластичную, прочную и устойчивую к колебаниям температур. После этого резиновые фабрики стали расти в Америке и Европе одна за другой, а в 1859-60 годах дело дошло и до России - основателем Товарищества Русско-Американской резиновой мануфактуры были немецкий предприниматель Фридрих Краузкопф и американский инженер Роберт Сторн.

Основнй специализацией новой фабрики стали галоши, которых ТРАРМ уже в первые годы своей работы выпускал в среднем по 1000 пар в день, а за дореволюционную историю произвел около 300 миллионов пар. Логотип завода был треугольник на подошве галош, и в 1908 году этот символ стал официальным - отсюда и название. Выглядело это примерно так, здесь же и вид завода на начало 1920-х:

Дешёвая рабочая сила и спрос, порождённый климатом, сыграли свою роль - даже по русской классике можно видеть, как популярны были галоши в Петербурге, но "Треугольник" экспортировал их и в Европу, и даже на свою родину - в Североамериканские Штаты. А к началу ХХ века, с появлением автомобилей и самолётов, к галошам добавились шины, что резко подстегнуло развитие "Треугольника" перед Первой Мировой войной. К тому времени он уже не был монополистом (в 1887 году открылся московский "Богатырь", действовали заводы в Риге и Царстве Польском), но был существенно крупнее всех своих российских конкурентов, вместе взятых. В 1922 году треугольник стал "Красным. ", и в 1920-30-е годы был едва ли не крупнейшим в мире резинотехническим заводом - например, в 1932 году именно здесь впервые началось серийное производство изделий из искуственного каучука.

Однако последнее стало началом конца: Россия уже имела развитую нефтяную промышленность, спустя 30-50 лет по всему СССР работали десятки нефтехимических заводов, которые и стали основными источниками сырья для резинотехники, заменив морской порт, куда везли каучук. Резинотехнический завод в центре Петербурга стал мрачным анахронизмом, а его спутниками - чёрный дым, невыносимая вонь, постепенная маргинализация района - о "питерском Гарлеме" на улице Розенштейна я уже писал. Да и спрос на галоши стремительно падал - короче, в 1990-е годы легендарный гигант встал, а в 2000-е был окончательно ликвидирован. Часть его цехов (над цифрой "5" на схеме) стала лофтом:

Но в основном завод представляет собой исключительно мрачное зрелище. И хотя он ничего не производит уже лет 15, отчётливый запах резины ощущается на всей его протяжённости даже снаружи. Доминанта заводской набережной - 7-этажная башня, от надписи на которой стыдливо отодрали слова "Красный. ". Нет, я конечно всё понимаю про репрессии и людоедов, но этот жест выглядит просто жалким.

Ну что же, пойдём вовнутрь, под галерею, напоминающую челюсть. В пасть Молоха.

Внутри сейчас много-много всего, поэтому на входящих-выходищх охрана даже не смотрит. Главное только фотоаппаратом здесь не светить - там, в брюхе Молоха, свои законы. Через пасть (на схеме цифра "1") нужно проходить быстро и уверено, если спросят, куда - ответить, что например в багетную мастерскую, за резиновыми сапогами или мебелью, в пейнтбол-клуб или на репетицию - короче вариантов масса.

Ну вот например неплохой их списочек. Это центральная "площадь" завода в паре сотен метров от проходной:

Вот такой он ныне - "Красный Треугольник". Непролазная грязь, кирпичные цеха со следами копоти, в беспорядке висящие на стенах толстые трубы, постоянно снующий туда-сюда народ и даже техника. Тяжёлый, маслянистый воздух. Вглубь площадки, к советским цехам, уходит железная дорога. Эта площадка обозначена на схеме цифрой "2"

Сначала Перископ (чей профиль, кстати, попал в кадр) повёл меня левее площади - к цифре "3" на схеме и чрезвычайно колоритным цехам, закопчённым до посинения:

Справа - цех №13, в котором мы нашли подъезд, и перебравшись через бочки, решили подняться наверх:

Похожую лестницу я видел, кажется, в клипе "Крылья"



Наутилуса. Не удивлюсь, если его и снимали где-нибудь здесь:

Длинный коридор - даже и не скажешь, что мы в фабричном корпусе. Но дело в том, что галошное производство было по своей сути мануфактурой: бабы-"калошницы" в ручную клеили обувь из заранее сваренной резины. Именно женщины были основной рабочей силой "Треугольника" красного и обычного, причём в основном здесь трудились лимитчики. Работа была грязная, вредная, с ненормированным графиком, да ещё и платили по количеству сделанных галош, что вынуждало баб трудиться на износ. Толстая неповоротливая "калошница" с облезлой кожей и хриплым голосом стала такой отнюдь не от алкоголя, а от совсем других углеводородов.

В 1920-е годы догадались, что можно выделить 8 небольших операций при склейке галоши, и бабы стали работать уже в "восьмёрках" - производительность сразу же выросла вдвое. Затем прошло несколько волн механизации, появились конвейеры, но появление по всему СССР десятков современных нефтехимических заводов окончательно превратило "Треугольник" из флагмана в дряхлеющего старика.

Виды из окон на корпуса разных эпох - здесь 1860-е и 1910-е:

Здесь 1910-е и наверное 1930-е:

А там - и вовсе позднесоветские:

Где-то стеклопакеты, где-то глазницы битых стёкол, где-то кирпичные бельма:

Дымоход. Как видите на корпусах укоренилось очень много растительности - мягкий и пористый кирпич гораздо плодороднее, чем бетон:

Спускаемся. В прокопчённых двориках - грязь и разруха, как после Гражданской войны:

Там - какая-то оптовая база, где можно затариться, например, резиновыми сапогами. Вообще, резиноторговля здесь очень хорошо представлена - видимо, дань традиции:

Закорючки от содранных труб создают на закопчённых стенах удивительную вязь:

Часто в таких местах вспоминаю вопрос, которым задавался frankensstein в своих постах о донбасской глубинке: где жить мрачнее - у мёртвого завода или у коптящего завода?

В общем, пойдём пока дальше, к цифре "4":

Корпус справа, отмеченный цифрой "6", скрывает в своём дворике самую интересную, по словам Перископа, часть завода. Он там был в 2008 году. найдя в заброшенных актовом и демонстрационном залах немыслимое количество следов былого. Там был самый настоящий музей без персонала и присмотра, и скорее всего ныне это всё растащено. Более того, и подхода нам найти не удалось, все арки забиты. В этой части хозяйственная деятельность идёт довольно активно:

Узнаваемые с первого взгляда приметы разных эпох - стеклопакеты и металлическая лестница:

Арка галереи, напоминающая ноги какого-то гигантского животного:

Более того, у животины ещё и спина пушистая:

Поворачиваем. За следующим поворотом - дворик с цифрой "5":

Серая домина слева имеет ещё и дату на фронтое - 1912. Судя по всему, масштабная реконструкция "Треугольника" накануне Первой Мировой войны была связана с подготовкой к последней - в армии появились грузовики, аэроплааны и многое другое, словом - были нужны шины, прокладки и прочие резиновые элементы. Вид у этих цехов особенно мрачен:

Чего стоит одна улочка-щель с "огненным" граффити на стене. Здесь отчётливо стоит тяжёлый химический запах:

Который распространяет въевшаяся в стены вековая копоть. Мне страшно представить, какая у калошниц была средняя продолжительность жизни и от каких хворей они мёрли. Да это был почти тот же ГУЛАГ, только добровольный.

Взгляд назад - здесь туда-сюда то и дело проезжал трактор, рядом с которым мы убирали фотики:

Вот и он, дворик цифры "5" под башней. Справа - стена лофта, отчищенная и покрашенная. Судьба же цехов в глубине заводской территории весьма туманна - скорее всего, их просто снесут. А может, питерские градозащитники сумеют их отстоять - похожая история была у Московского Газового завода (ныне деловой центр "АРМА").

Башня высотой с многоэтажку, при этом не та же самая, что выходила на Обводный. Вообще, масштаб конечно колоссальный - по словам Перископа (а мне данные найти не удалось), до Революции здесь трудилось до 27 тысяч рабочих - почти столько же, сколько на знаменитом Путиловском заводе. Мне страшно представить, как эта толпа измотанных, покрытых потом и сажей людей обоего пола валила наружу со смены.

Именно из этих красных цехов и пришли на Русь-Матушку те загадочные кочевники-изуверы, ненавистники французских булок - КРАСНЫЕ. И чёрт возьми, здесь понимаешь, что они были правы.

А вот сквозь красный кирпич проросло белое дерево:

Но весь ужас в том, что и Белые были правы, и что не французская булка, не румяные гимназистки, и не престарелый барин с горничной мешали жить работягам. Но это противоречие неразрешимо: самые страшные конфликты происходят тогда, когда сталкиваются лоб в лоб ДВЕ ПРАВДЫ. На Гражданской войне не бывает победителей.

Мы прошли по "Треугольнику" незамеченными - только в последнем дворике на нас косился охранник. В Питере к фотографfм отношение примерно как к неким шустрым безобидным зверькам (по крайней мере я себя в глазах честнЫх петербуржцев ощущал именно так!), и здесь если не наглеть (то есть снимать осторожно, незаметно), проблем тоже быть не должно. Напоследок заснял две пожарные машины - учениях у них тут, видимо.

Но если Вы думаете, что это весь Фабричный Петербург - ошибаетесь. Я успел за три дня охватить где-то 2/3 его, но есть ведь ещё роскошные промзоны Васильевского острова. множество фабрик и промзон по всему городу, первая российская электростанция (1885) в Царском Селе. да ещё и Кронштадт - уникальный и в мировом масштабе заповедник технических раритетов. Вот такой вот фантастический город этот Петербург, где на одни только исторические промзоны нужно 3-4 дня и 10-15 постов в ЖЖ. Для сравнения, примерно столько же у меня занял весь Львов.

Но впереди - отдельный рассказ о Петрозаводске и его окрестностях, также посещенных в эту поездку.

СТОЛИЧНЫЕ МОЛОХИ-2011

Средневековая. Пушечный и Монетный дворы, палаты-мануфактуры.

Знаковая. Красный Октябрь, Трёхгорка и ещё по мелочи.

Электрическая. Электростанции и Электрозавод.

Офисная. Новая жизнь закрытых фабрик.

Источник: varandej.livejournal.com

Другие товары