Русский народный костюм

ГлаваI. Историко-культурный и социологический анализ русского народного костюма европейской части

1.Эстетическая природа народного костюма, его основные функции

Русский народный костюм, сохранившийся в крестьянском быту вплоть до начала XX в. является памятником материальной и духовной культуры нации, человечества, отдельной эпохи. Возникший как рукотворный предмет утилитарного назначения, выражающий эстетические чувства человека, народный костюм одновременно представляет художественный образ, содержательная ценность которого тесно связана с его функциями. Это один из наиболее массовых видов народного творчества и декоративно-прикладного искусства в целом.

Народный костюм представляет собой целостный художественный ансамбль, несущий определенное образное содержание, обусловленное назначением и сложившимися традициями. Его образуют гармонично согласованные предметы одежды, украшения и дополнения к ним, обувь, прическа, головной убор, грим. В искусстве костюма органично соединились различные виды декоративного творчества: ткачество, вышивка, кружевоплетение, низание, шитье, аппликация и изобразительное использование разнообразных материалов: тканей, кожи, меха, лыка, бисера, бус, блесток, пуговиц, шелковых лент, тесьмы, позумента, кружев, птичьих перьев, речного жемчуга, перламутра, цветных граненных стеклышек и др.

Народный костюм в собранном виде представляет собой ансамбль, построенный в закономерном ритме линий, плоскостей и объемов, на соответствии фактуры и пластики тканей, на организующей роли декора и цвета, на связи утилитарных и художественных достоинств.

Бытование этого вида народного декоративно-прикладного искусства определяла традиция - историческая преемственность идейно-эстетических и художественных достижений предшествующих поколений. "Традиция "мерцает" в истории, - пишет И.Т.Касавин, - но она же и творит ее, являясь формой органического перерастания спонтанной человеческой деятельности в регулярную и законообразную социальную практику. И здесь же она (уже как понятие) оказывается способом формирования исторического сознания, которое обнаруживает в традиции не просто устаревшие нормы деятельности и мышления, но "сгустки"исторического конкретного опыта, необходимые ступени развития общественных отношений".

Хранителями древних традиций народного костюма у русских, как и большинства других народов, были крестьяне. Они жили в гармоничной слитности с родной природой, через нее и постигали смысл Красоты, Добра, Истины. Русская крестьянская одежда была защитой от зноя и холода, отличалась удобством, "гармонировала с господствовавшим типом лица и фигуры местных жителей", имела обереговое, защитное и престижное значения, выполняла важную ритуальную роль в обрядах и праздниках. Синкретизм как органическое единство народного искусства, нерасчлененность в нем разных видов творчества, каждый из которых, по словам Ю.Б.Борева, "включал не только зачатки различных видов художественной деятельности, но и зачатки научного, философского, религиозного и морального сознания", определял форму и принципы бытования народного костюма. Поэтому при реконструкции смыслового содержания русского народного костюма необходимо привлекать такие разнообразные и взаимообусловленные материалы, как мифология, сведения об обычаях и обрядах, фольклор, учитывать технологические знания народных мастеров и т.д.

В отличие от изобразительных искусств, в художественном языке которых присутствуют жизнеподобные формы, русский народный костюм как выразительное искусство передает непосредственно образное восприятие людьми жизни с помощью эстетически совершенной формы. Они не похожи прямо на объект отображения, но передают понятия, связанные с жизнью. Вместе с тем это не исключает элементов изобразительности, например, в орнаменте русского народного костюма мотивы человеческой фигуры, птиц, животных и растений, а также рогатые формы женских головных уборов.

По способу практического художественного освоения материала русский крестьянский костюм, как и другие виды народного декоративно-прикладного творчества, относится к искусствам, использующим главным образом естественно-природный материал: кожу, мех, шерстяные и растительные волокна, лыко и проч. Эстетический характер воздействия костюма на человека - зрительный. Вещественная определенность народного костюма, натуральные свойства природных материалов, его чувственная конкретность, определяющие восприятие костюмного ансамбля, одновременно характеризуют и его эстетическое воздействие.

Эстетическое в русском народном костюме - это его природные, художественные и социальные особенности в их общечеловеческом значении. Русский народный костюм создавался по законам универсальной эстетической категории - прекрасного и опирался на многообразие эстетических свойств действительности, которые, по словам Ю.Б.Борева, "возникают благодаря тому, что в процессе деятельности человек включает явления мира в сферу своей практики и ставит их в определенное ценностное отношение к человечеству, при этом выявляется степень их освоенности, исторически обусловленная степень владения ими человеком и мера его свободы".

Прекрасное в русском народном костюме проявляется в его способности преображать человека - делать его красивым, а также в удобстве, экономичности и целесообразности, в творческом раскрытии возможностей и особенностей материалов, в гармоничности колористики и рациональности конструкции, в красоте силуэта и в вырастающих на основе всего этого декоративном великолепии, глубине идейно-образного содержания и его широком положительном общечеловеческом значении.

Вместе с тем необходимо подчеркнуть, что далеко не каждый созданный какой-либо крестьянкой костюм можно назвать шедевром, т. е. образцовым произведением, являющимся высшим достижением народного искусства, мастерства. Только тот образец русского народного костюма относится к шедеврам, вызывает сильное эстетическое чувство и глубокое художественное переживание, в котором наблюдается органичное единство рационального и эмоционального, всех факторов художественной выразительности, превращающее костюм в концепцию красоты, в воплощение народного представления о прекрасном.

К числу эстетических особенностей русского народного костюма можно отнести стабильность системы эстетических принципов, создававшейся коллективным творчеством в течение многих поколений, при эстетическом своеобразии каждого костюма.

В русском народном костюме проявлялась принадлежность владельца к христианскому вероисповеданию, например, в ношении нательных крестов; образков и крестов, прикреплявшихся к бусам, металлическим цепочкам, бисерным лентам, надевавшимся на грудь поверх одежды. Наравне с крестом признаком принадлежности к христианству считался пояс. "Ходит как татарин: без креста, без пояса", - говорилось в народе. А. А. Лебедева пишет, что "раньше ходить без пояса считалось грехом. Распоясать человека означало обесчестить его. На новорожденного сразу после крещения надевали поясок".

Пояс - заповедь божья, считали староверы и носили пояса с вытканными словами молитв, именами. Умерших хоронили подпоясанными, а при гадании пояс, как и крест, обязательно снимали. Согласно Г. С. Масловой, "беспоясными, бескрестными представлялись лишь демоны болезни - двенадцать лихорадок (Юрьевский уезд Костромской губернии) и русалки".

Жизнеутверждающая колористическая насыщенность праздничных костюмов наряду со строгой ограниченностью цветовой палитры траурных одежд или комичностью остроумных сочетаний в костюмах ряженых отражали многообразие, с одной стороны, эстетических функций, с другой - богатство претворении действительности, что способствовало развитию эмоциональной реакции, адекватной народному мировоззрению. Несравненная выразительность декора и монументальность форм русского народного костюма вызывают быструю эмоциональную реакцию (эмотивная функция), а глубокое идейно-образное содержание требует времени для понимания (познавательно-эвристическая функция). Идейно-эстетическое воздействие костюма накладывало определенный отпечаток на жизнь и ее восприятие, заставляло соотносить с образом костюма и себя, и свои поступки, и манеру поведения (этическая функция).

Величавая торжественность форм и радостная декоративность праздничных одежд способствовали утверждению человека, с одной стороны, в уважении к коллективу, к традиции, а с другой - в своей личностной самоценности, определяли компенсаторную и гедонистическую функции народного костюма.

Исходя из сказанного можно утверждать, что русский народный костюм как концентрированное художественное выражение общественной практики обладает познавательной, воспитательной, а главное - эстетической функцией, которая пронизывает эти и все другие его функции.

П. Г. Богатырев справедливо отмечал, что "эстетическая функция образует общую структуру с эротической функцией и часто как бы скрывает эту последнюю. та и другая функция направлены на одно и то же - привлечь внимание. Привлечение внимания на определенный предмет, являющееся одним из основных аспектов эстетической функции, оказывается и одним из аспектов эротической функции, поскольку девушка стремится привлечь к себе внимание молодых людей или какого-нибудь одного из них. Так эротическая функция часто сливается с функцией эстетической".

Красота русского народного костюма доставляет людям радость, пробуждает в них художников, учит чувствовать и понимать красоту, творить сообразно ее законам. Народная одежда выражает стремления ее носителя, воспитывает способность находить меру предметов как соответствия их свойств общественным потребностям человека, формирует эстетически ценностную ориентацию человека в мире и, следовательно, не только отражает мир, но и преображает, творит его.

2.Искусство народного костюма как выражение общественного сознания

Наряду с моралью, религией, наукой, философией, политикой и правом народное искусство, и в частности русский народный костюм, являются формами общественного сознания. Б. А. Эренгросс пишет: "Все формы общественного сознания объединены тем, что отражают действительность, а различаются тем, что в ней они отражают, как и в какой форме. Различно их происхождение, неодинакова роль в развитии общества".

Эстетическая ценность русского народного костюма зависит только от его красоты и утилитарных качеств, но и от присущей ему способности быть носителем личных, классовых, национальных и общечеловеческих культурных значений, быть выразителем тех общественных обстоятельств, в которые он включен.

Исследователи отмечают различные подходы к формированию праздничного и будничного костюмов. Если в будничном костюме преобладали утилитарные функции, то праздничный народный костюм символизировал единство духовной жизни личности и коллектива, традиционно он выражал "сопричастность человека какому-либо общезначимому событию", обладал сложными социально-культурными функциями, превосходил будничный качеством материала, декоративностью, количеством деталей и украшений.

С наибольшей очевидностью это выразилось в женских празднично-ритуальных костюмах, которые наиболее пышно декорировались, были насыщены магически-религиозным содержанием, символикой жизненно значимых смыслов и целей, отличались ярко выраженной самобытностью и потому обладали наибольшей эстетической и художественной ценностью. В лучших образцах женских празднично-ритуальных костюмов наблюдается гармоничное равновесие эмоционально-образного и утилитарно-материального начал, содержания и способов его выражения.

А. С. Пушкин отмечал: "Климат, образ правления, вера дают каждому народу особенную физиономию. Есть образ мыслей и чувствований, есть тьма обычаев, поверий и привычек, принадлежащих исключительно какому-нибудь народу". О национальной самобытности эстетического восприятия действительности выдающийся русский историк В. О. Ключевский писал: "Каждому народу от природы положено воспринимать из окружающего мира, как из и переживаемых судеб, и претворять в свой характер не всякие, а только известные впечатления, и отсюда происходит разнообразие национальных складов или типов, подобно тому, как неодинаковая световая восприимчивость производит разнообразие цветов".

Следует отметить, что эстетическое отношение русских крестьян к своему костюму обусловливалось в первую очередь их общественными интересами, религиозными верованиями - язычеством и христианством, национальной психологией. Большая сила эстетического воздействия народной одежды обусловлена ее непосредственной близостью к человеку в его повседневной жизни и ежечасностью использования, а следовательно, и массовостью восприятия.

Таким образом, народность крестьянского костюма объясняется тем, что он является феноменом практической и духовной деятельности народа, выражением его интересов и потребностей, стереотипов восприятия и мышления, ценностных и эмоциональных структур. При этом народ выступает объектом и субъектом, создателем и хранителем этого необходимого и понятного ему вида декоративно-прикладного творчества.

"Народность, - говорил В. Соловьев, - есть самый важный фактор природно-человеческой жизни и развитие национального самосознания, есть великий успех в истории человечества".

И. С. Тургенев подчеркивал: "Вне народности ни художества, ни истины, ни жизни - ничего нет".

Традицию русского народного костюма можно рассматривать через систему соотношения таких понятий, как коллективное и индивидуальное, родовое и социальное, национальное и иноэтнические, общечеловеческое.

Коллективность - эстетическая категория, характеризующая мировоззрение крестьянства, структуру и принцип его художественного творчества, определяющая постепенность создания, проверки, отбора и переосмысления народом (коллективом) своего традиционного костюма. Именно коллективностью процесса создания русского народного костюма объясняются несравненная глубина и неоднозначность его содержания, неисчерпаемое разнообразие декоративных решений.

Индивидуальное, личное, субъективное выражалось в крестьянской одежде через общее, коллективное, определяемое сознанием родовым, религиозным, национальным, историческим. В этой связи обнаруживается проблема этнического самосознания как духовной общности с родом и народом и, в частности, как предопределенности эстетических переживаний индивида всей массой коллективных переживаний его рода и народа (в настоящем и прошлом). Согласно верному определению Г. Г. Шпета, "духовное богатство индивида есть прошлое народа, к которому он сам себя причисляет".

"Появление в народном декоративном искусстве совершенных, классических по своим художественным принципам произведении - результат творчества талантливых, одаренных мастеров. Яркий талант в народном искусстве, - пишет Т. М. Разина, - потому и ярок, и значителен, что наиболее глубоко и полно усваивает традиционное, самое живое и актуальное в нем, чутко улавливает то, что в данный исторический момент наиболее созвучно эстетическим и духовным потребностям окружающих его людей".

Индивидуальность мастерицы в народном костюме проявляется в степени цельности колористического решения, глубины и сложности содержания орнаментики, стройности композиции, в уровне владения всем традиционным комплексом рукоделия (прядением, ткачеством, окраской и отбеливанием ткани, вышивкой, кружевоплетением, низанием, шитьем и проч.).

Народный костюм в совокупности самобытных устойчивых идейно-художественных принципов, в единстве природного и народного, коллективного и индивидуального в целом концентрированно выражает русский национальный характер и систему народных эстетических представлений. Как известно, каждый народ в первую очередь осознает и ценит свою национальную самобытность. И чем самобытнее национальное видение, - пишет Ю. Б. Борев, - тем больше оно несет в себе неповторимой общезначимой информации и опыта отношений. Именно в этом заключается важнейшее условие высокой художественности и общемирового звучания произведения".

При изучении закономерностей развития традиционного русского народного костюма наряду с внутринациональными художественными взаимодействиями важно учитывать влияние процессов этнокультурной интеграции русских как с родственными славянскими народами (украинцами и белорусами), так и с другими ближайшими соседями, например, с народами Прибалтики. Для восточнославянских народов общими были наиболее древние формы рубах, девичьих и женских головных уборов, украшений, некоторые виды обуви и др. О древней общности генетических корней традиционных костюмов восточных, западных и южных славян наиболее ярко свидетельствуют, например, типы женской поясной одежды.

Оживленные экономические связи России с самыми различными странами мира, значительный импорт тканей, красителей и разнообразных галантерейных товаров также оказали влияние на формирование русской традиционной одежды. Включение в нее иноэтнических элементов обусловливалось как сходством мировоззренческих концепций, так и потребностью самой культуры в развитии. Вместе с тем в отношении иноэтнических влияний в крестьянской одежде уместно вспомнить высказывание К. Градовой о том, что "в России все иностранные влияния в области костюма, воспринимаясь, постепенно растворялись и поглощались русскими традициями, не изменяя основной линии ее развития"1. Отсюда можно сделать вывод о том, что национальное своеобразие русского народного костюма усиливалось благодаря взаимодействию в нем различных этнических культур, интернациональное и общечеловеческое приобретало в нем ярко национальное выражение.

Окружающая природная среда и общественные отношения обусловили контекст культуры, в котором существовал русский народный костюм: философия, политика, мораль, религия и другие формы общественного сознания, предшествующая художественная традиция и, наконец, быт, нравы, обычаи, образ жизни, деятельности людей и т. д. При этом русский народный костюм как вид искусства был синкретичен, поскольку являлся неотъемлемой частью обрядового синкретизма, включавшего наряду с ним песню, танец, инструментальные наигрыши, игры, произведения словесно-поэтического творчества, ритуально-бытовую атрибутику. Традиционные обряды и праздники до революции были мощным средством единения нации, воспитания ее самобытной



культуры. В. Березкин отмечает: "Все, что ни создавал человек своей фантазией и своими руками, мыслилось им частью того или иного обряда". Следует добавить, что утилитарное в народном костюме, как и в обряде в целом, было проникнуто эстетическим, а философское, религиозное, моральное представлено как эстетические ценности.

Таким образом, целенаправленная ценностно-ориентированная творческая деятельность в народном искусстве, в частности по созданию и восприятию русского народного костюма, включала людей в эстетическое преобразование жизни, воспитывала их и просвещала. Русский народный костюм в свете этого выступал как важное средство общения (коммуникативная функция), нес большое количество информации о своем владельце (информационная функция) и тем самым способствовал культурному взаимопониманию как в крестьянской среде, так и при контактах с представителями других социальных групп населения, осуществлял передачу художественного и исторического опыта от поколения к поколению.

3.Специфика художественного образа народного костюма и его местные особенности

Процесс создания народного костюма - это эстетическое преобразование жизненного опыта в художественные образы, осуществляемое талантом и мастерством народа с помощью воображения сквозь призму мировоззрения (эстетических идеалов) на крепкой основе традиции.

Художественный образ - это специфическая форма освоения в искусстве мира во всем его многообразии и богатстве, гармоничной целостности и драматических коллизиях.

Одна из важнейших особенностей художественного народного мышления - метафоричность, т.е. синтез природных, культурных явлений по обобщающему признаку или свойству. В крестьянском костюме она предстает особенно ярко в орнаментике, в формах и названиях женских головных уборов, в наличии общего процесса образования структурных уровней пространства и родстве декоративных решений народного костюма, крестьянской избы и древнерусского храма, в аналогичности названий их отдельных элементов, а также в их общности на семантическом уровне (связь с космологией и антропоморфным образом). На это указывали в своих трудах о народном искусстве И.Е.Забелин, Д.К.Зеленин, М.А. Некрасова, Т. Н. Тропина. М.А.Некрасова в частности, пишет, что русский народный костюм участвовал наряду с интерьером дома, народной архитектурой в создании "духовно-пространственной среды, способной воздействовать на человека, формировать его внутренний мир". Подчеркивая всеобъемлющий характер принципа ансамблевости, она утверждает: "Отдельный образ в народном искусстве действует в контексте всей системы взаимодействующих образов. В этом и выражается ансамблевость как в отдельном произведении, так и в конкретном виде творчества и в народном искусстве в целом".

Развивая тезис о метафоричности народного художественного мышления, необходимо упомянуть о том, что мотивы женских фигур в орнаменте часто как бы прорастают цветами и побегами, а солнце представляется то птицей, то огнедышащим конем или оленем. В формах и названиях женских головных уборов проступает связь с реальными образами животных (рогатые кички) и птиц - кокошники (от славянского "кокошь" - петух или курица), "сороки" и их составные части, называемые "хвост", "подкрылки", "крылышки". Посредством таких эстетически преобразованных сочетаний художественных образов крестьяне познавали себя как неотъемлемую часть природы, пытались магически воздействовать на нее, символически выражали русскую поэтическую мифологию.

Следует подчеркнуть, что все элементы ансамбля крестьянского костюма насыщены многозначной символикой, обусловленной мифологическим и синкретическим характером народного мышления. Их совокупность образует художественную идейно-образную концепцию, весьма устойчивую и целостную. Она отражает представления крестьян о мироздании и воплощает идею плодородия земли, которое в их сознании непосредственно связано с плодородием женщины, "более того, одно не мыслилось без другого, и магия плодородия предполагала воздействие на землю плодовитостью женщины".

Божество плодородия в произведениях русского народного творчества изображалось в виде женщин. Наглядным подтверждением тому может служить рассказ И. Д. Федюшиной о том, что при раскопках поселений первых земледельцев на месте села Триполье под Киевом были найдены статуэтки, изображающие в условной манере женщин. Просвечивание их рентгеновскими лучами показало, что они создавались из глины, смешанной с зернами пшеницы. Ученые предполагают, что каждый стремился иметь в доме подобное изображение богини, так как связывал это с получением богатого урожая.

Один из крупнейших фольклористов XIX в. известный исследователь славянской мифологии А. Н. Афанасьев отмечал: "На древнем поэтическом языке травы, цветы, кустарники и деревья называются волосами земли. Признавая землю за существо живое, самодействующее (она родит из своей материнской утробы, пьет дождевую воду, судорожно дрожит при землетрясениях, засыпает зимой и пробуждается с возрастом весны), первобытные племена сравнивали широкие пространства суши с исполинским телом, в твердых скалах и камнях видели ее кости, в водах - кровь, в древесных корнях - жилы и, наконец, в травах и растениях - волоса".

Объективно практическое отношение русского народа к природе, использование аналогий природы и человеческого тела формировали идеи анпропоморфной природы и космического человека. Вместе с органическим для русских единством человека с общественной группой (семьей, родом, классом и т. д.) это явилось основой формирования устойчивых традиций идейно-образной структуры народного искусства, полифонического единства ее архитектурных, пластических, живописных, поэтических средств и способов воплощения.

В. В. Колесов, подчеркивая здравый смысл и вечные человеческие ценности, присущие мировоззрению русского народа, пишет: "Во времена, когда каждый третий год был недород, а каждые десять лет уносили массу людей в различных моровых поветриях, мечта о хлебе насущном - есть мечта о хорошей, правильной жизни. Экономика одухотворена этикой, но только в термине-слове осознается тонкое различие между всеми ипостасями жизни: человек проживает житие по христианскому обычаю, но основой жития является живот - именно это и есть жизнь во всей полноте ее проявлений. ". Это высказывание удачно объясняет приоритет в сознании крестьян важных идей плодородия и земли, и женщины, подтверждает также и тезис Г. В. Плеханова о том, что "драгоценное кажется красивым".

Подчеркнем, что в гармоничном ансамбле традиционных художественных образов раскрывается прекрасное в русском народном костюме, его общечеловеческая эстетическая ценность. О своеобразной синкретичности художественного мышления В. Е. Гусев пишет, что "она обусловлена не неразвитостью последнего, а природой самого предмета художественного познания, тем, что народные массы сознают предмет своего искусства прежде всего как эстетически целое и целостное в совокупности всех или многих его эстетических качеств, в многогранности и сложности его эстетической природы".

Исследуя проблему, важно отметить, что главными творческими принципами при создании русского народного костюма были вариативность и импровизация на основе традиционных местных типов костюма. Импровизация проявилась в том, что костюм создавался непосредственно в процессе его изготовления. В этом просматривается аналогия с импровизацией в народном музыкальном исполнительстве. Если народные музыканты опирались в своей практике импровизации на традиционные формы музыкального мышления (определенный круг попевок, интонаций, ритмов и т. д.), то у мастериц народного костюма в каждой местности были излюбленные устоявшиеся художественные образы, воплощавшиеся посредством использования определенных цветовых сочетаний, способов художественной отделки и т. п. Объединяя закрепление однажды найденного музыкального или художественного образа со свободным варьированием его элементов, народ обновлял, обогащал и свою музыку, и свой костюм. Свободное варьирование элементов основано на их неоднозначности, на существовании целого ряда семантически и стилистически родственных вариантов, характеризующих исполнительский динамизм создания костюма и любого другого произведения народного искусства. Таким образом, понятие традиции означает не покой, а движение особого типа, т. е. уравновешенность, достигаемую взаимодействием противоположностей, из которых важнейшие - устойчивость (сохранение определенных принципов и приемов) и изменчивость (вариантность), и существующую на ее основе импровизационность.

Итак, художественный образ русского народного костюма являет собой неразрывное взаимопроникающее единство объективного и субъективного, рационального и эмоционального, символического и конкретного, коллективного и индивидуального, целого и части, устойчивого и изменчивого, стереотипного и импровизационного. В этом слиянии, осуществляемом с помощью специфических для искусства русского народного костюма средств (материал, силуэт, колористика, орнаментика, композиция, способы носить и комплектовать детали костюма и т. д.), создаются художественные образы как отдельных частей костюма, так и целостных костюмных комплексов, выражающие определенные эстетические идеи и чувства. Благодаря системе художественных образов русский народный костюм и способен осуществлять свою эстетическую функцию, через которую проявляется его познавательное значение, мощное идейно-воспитательное, нравственное воздействие на людей.

Различия географических, климатических и исторических условий огромной территории России стали причиной возникновения большого разнообразия местных стилей русского народного костюма. При безусловной зависимости от магически-религиозного содержания стиль народного костюма как художественно-эстетическую и социально-историческую категорию все же в первую очередь характеризует система художественно-выразительных средств.

Структура художественной формы выражения в целом сложна и многозначна. В каждом костюме стиль отражает не только национально-стадиальные особенности, но и его региональные и этнолокальные типологические черты, обусловливает принципы художественно-конструктивной организации всех элементов художественного языка костюма, его деталей в культурно-целостный комплекс.

Понятие общерусского стиля подразумевает общность стилевых признаков всех этнолокальных костюмных комплексов, коренящуюся в социально-исторических условиях, в мировоззрении русских крестьян, их творческом методе, в закономерностях художественно-исторического процесса. К общим стилевым признакам всех комплексов русского народного костюма относятся: материал, прямой крой, значительная полнота и длина одежд, многослойность, магически-религиозная символика, определенные цветовые предпочтения, способы художественной отделки, обилие всевозможных украшений.

4.История социального бытования русского народного костюма

Формирование национальных особенностей русского народного костюма происходило в XIV-XVI вв. одновременно с выявлением русского (великорусского) этнического самосознания и распространением этнонима "русские".

К XVII в. полностью сложились основные костюмные комплексы.

Следует отметить, что социальная среда бытования русского народного костюма на протяжении истории его существования менялась. Исследователи отмечают, что характерной особенностью древнерусской одежды было то, что костюм у различных слоев населения отличался преимущественно количеством деталей и разнообразием материалов при одинаковом покрое отдельных составляющих его частей. При этом к особенностям национальных эстетических воззрений относят наличие общенародного эстетического идеала красоты. "У русских, - пишет М. Г. Рабинович, - сохранивших в течение веков государственную самостоятельность, национальные черты в костюме феодальной верхушки были выражены вплоть до петровских реформ". В XVII в. чрезвычайно важным считалось в торжественных случаях быть обязательно в русском традиционном платье, даже иноземцам. Так, в 1606 г. Марина Мнишек венчалась в Москве в Успенском соборе с Лжедмитрием I по настоянию бояр в русском платье. Позднее парадная русская одежда выдавалась иноземным послам специально для торжественного представления государю.

В первые годы 18-го столетия по указу Петра I правящие классы должны были перейти на обязательное ношение платья иноземного образца. Однако "поскольку реформа не коснулась такого огромного пласта общества, как крестьянство, то именно крестьянский костюм становится подлинно народным. В его русле развивалась одежда казаков, поморов, однодворцев, разных групп старообрядческого населения". Подчинившись капризам западноевропейской моды, представители высших слоев общества вынуждены были отказаться от исконно русских представлений о красоте облика, его одежды, манер. Победа в Отечественной войне 1812 г. вызвала подъем патриотических чувств, и многие светские дамы стали носить стилизованные русские национальные костюмы, состоявшие из рубахи с глубоким вырезом (по моде начала XIX в.), косоклинного или прямого сарафана, стянутого поясом под грудью, кокошника, повязки или венца.

Лучшие люди России всегда понимали жизненную необходимость бережного сохранения самобытности русской национальной культуры, и в частности костюма. В начале 20-х гг. 19-го столетия блестящий эрудит, поэт, мыслитель и государственный деятель А. С. Грибоедов, которого А. С. Пушкин считал одним из самых умных людей России, писал:

Пускай меня объявят старовером,

Но хуже для меня наш Север во сто крат

С тех пор, как отдал все в обмен на новый лад -

И нравы, и язык, и старину святую,

И величавую одежду на другую

По шутовскому образцу.

Далее устами Чацкого А. С. Грибоедов с горечью восклицает: "Воскреснем ли когда от чужевластья мод?". Серьезность подхода великого русского поэта к проблеме возврата к национальным традициям в одежде, а также отрицательное отношение правительства к этой идее, отождествлявшейся в то время прежде всего с тенденциями демократизации общества, подтверждается тем, что во время следствия по делу декабристов А. С. Грибоедову был задан вопрос: "В каком смысле и с какой целью Вы, между прочим, в беседах с Бестужевым, неравнодушно желали русского платья и свободы книгопечатанья?"

Н. И. Лебедева и Г. С. Маслова отмечали, что в костюмах мещан и купечества долго сохранялись черты, общие с крестьянской одеждой. В середине XIX в. "русский наряд" - сарафан и кокошник - носился во многих городах. У горожан, особенно у наиболее богатых, он отличался от крестьянского дорогим материалом, драгоценными украшениями".

Во второй половине XIX в. в русское народное платье по идеологическим соображениям одевались писатели славянофильского направления. Их современник Д. Н. Свербеев писал: "Славянофилы не ограничивались печатанием и писанием для одной только печати разных статей, не удовлетворялись изустной проповедью своего учения - они захотели проявить его наружными знаками, и вот появилась сперва шапка-мурмолка, а потом зипун, и, наконец, борода".

Рассуждая о народном костюме как знаке сословной принадлежности, П. Г. Богатырев отмечает, что в России "богатые купцы, иногда миллионеры, носили преимущественно "полумужицкий" костюм, чтобы показать этим, что свой костюм, указывающий на их сословное положение, они носят с чувством превосходства и не хотят уподобляться часто более бедным в сравнении с ними чиновникам и дворянам".

В начале XX в. русский народный костюм носили такие видные представители творческой интеллигенции, как В. В. Стасов, ф. И. Шаляпин, М. Горький, Л. А. Андреев, С. А. Есенин, Н. А. Клюев.

Примечательно, что в XX в. при царском дворе бывали приемы, на которых фрейлины согласно царскому указу 1834 г. обязательно надевали костюмы, стилизованные под русский боярский наряд. Восхищение красотой русского народного костюма выразили в своих произведениях Л. Н. Толстой, И. С. Тургенев, И. А. Бунин, М. А. Шолохов и многие другие замечательные русские писатели.

Рассматривая вопрос этнического сознания и духовной культуры, К. В. Чистов высказал мысль о том, что "всякое осознание элементов материальной культуры как знаковых или символических может придать им идеологический характер". Эти слова наглядно подтверждаются историей русского народного костюма, который во все времена олицетворял идею сохранения национальной самобытности, выступал как средство диалогического общения прошлого России с ее настоящим и будущим.

Создавая незабываемые образы русских людей и изображая их в традиционных национальных костюмах, выдающиеся русские художники А. Г. Венецианов, В. И. Суриков, В. М. Васнецов, М. В. Нестеров, Ф. А. Малявин, К. А. Коровин и многие другие в значительной мере способствовали эстетической ориентации современников и потомков, превращению русских народных костюмов в этнический символ.

В начале XX в. основоположницей использования традиционных форм и характера орнаментации, декоративных принципов народной одежды в создании костюма современной повседневной жизни стала общепризнанный художник-модельер Н. П. Ламанова. Ее модели одежды и теоретические статьи убедительно доказывали, что "целесообразность народного костюма, благодаря вековому коллективному творчеству нар

Источник: lib.zabspu.ru

Другие товары